В актовом зале обычной украинской школы 1 сентября проходит лекция о том, как распознать, что ваш друг или ребенок хочет покончить с собой. Скоро герои сериала старшеклассники Катя, Лера, Полина, Федя, Ник и Макс узнают об этом на практике: ровно в 23:00 с крыши шагнет тихая и добрая девочка Полина, прямо на глазах мучимого призраками прошлого пловца-красавчика Феди и шебутного видеоблогера Ника. Виной этому — переписка с анонимом под ником Друг — он раздает ученикам задания в духе «Синего кита»: порезать себя, кричать десять секунд посреди школьного холла и в конце концов лишить себя жизни.

После смерти Полины все пытаются понять, что же происходит: взрослые — силами следователя Марковой, а школьники — пытаясь выйти на след Друга.

Текст

Роман Навескин

«Первые ласточки»

«Першi ластiвки»


Создатель

Евгений Туник

Год

2019

Серии

8 по 60–80 минут

Смотреть

YouTube

«Первые ласточки» уже называют первым на территории бывшего СНГ ответом хиту Netflix «13 причин почему» — расширенной адаптации одноименного романа Джея Эшера: истории Ханны Бейкер, которая совершает самоубийство, оставляя запись с 13 причинами, почему она это сделала. Вышедший в 2017 году сериал спровоцировал дискуссию о том, насколько опасно делать шоу на эту тему. По итогам дискуссии (и под влиянием волны критики) Netflix даже вырезал одну из ключевых сцен сериала — ту, в которой героиня Кэтрин Лэнгфорд лишает себя жизни.

Социологи и психологи проводили исследования, в которых утверждалось, что премьера «13 причин почему» спровоцировала рост числа самоубийств в 28,9 % среди американских подростков в возрасте 10–17 лет; в ответ на это другие авторы находили среди негативных последствий и другие, положительные. Автор сценария «13 причин почему» Ник Шефф даже написал открытое письмо, в котором изложил свое мнение на этот счет.

Медиа, социологи и пользователи интернета схлестнулись в вопросе, который тревожит всех (даже Роскомнадзор): могут ли художественные произведения и статьи о самоубийстве вызывать желание покончить с собой — как произошло после публикации в конце XVIII века романа Гёте «Страдания юного Вертера»? Каков бы ни был ответ, к премьере второго сезона «13 причин почему» Netflix добавил в дисклеймер шоу номер горячей линии для подростков. Аналогично поступили и создатели «Первых ласточек»: в начале и конце серии зрителям демонстрируют телефон правозащитного центра «Ла-Страда — Украина», который с 1997 года занимается в том числе защитой прав детей. После выхода «Первых ласточек» число обращений в центр увеличилось в шесть раз.

Насколько мы можем делегировать ответственность за свои индивидуальные поступки эффекту (точнее, аффекту) от художественного произведения? Если мы считаем такой подход легитимным, тогда «Джокер» оправдывает массшутинг и мотивирует террористов, а «Покаяние» Тенгиза Абуладзе о преступлениях Лаврентия Берии, вдруг упавшее с полки, на самом деле разрушило СССР. Но все-таки гораздо более правдоподобной пока остается версия, что выпуклая линза произведения искусства, каким бы фантастическим ни был его сюжет, фокусирует свой луч только благодаря заранее рассредоточенным частицам общественного напряжения — без них муравейник не загорится. В других случаях искусство сугубо орнаментально: оно развлекает и отвлекает, но становится недостойным самого себя.

«Первые ласточки» эффективно бьют сразу во много болевых точек, прорабатывать которые кому-то до сих пор стыдно, а кому-то неприятно. Примером является вопрос гомосексуальности в гомофобной семье: один из героев, подающий надежды пловец Федя (Максим Самчик) начинает чувствовать, что его привлекают парни, в то время как его отец смотрит по телевизору сюжет о гей-параде и бормочет, что «переубивал бы их всех». Еще пример: тема неудовлетворенных родительских амбиций, которые они перекладывают на ребенка, — за нее отвечают Полина (Мария Смолякова) и ее мать, днем таскающая дочь по кастингам, а вечером отчитывающая за «жирную жопу, которая в кадр не влезет». Да и главный горизонтальный сюжет все еще напоминает массовую панику после статьи «Новой газеты» о полувымышленной секте «Синий кит». Тогда родители нашли прекрасный повод переложить ответственность с себя на тлетворное воздействие интернета (плоды чего мы пожинаем по сей день).

Этим «Первые ласточки» удивительно сримфовались с вышедшим недавно на платформе Okko сериалом «#Dетки» — там в основе сюжета лежит та же схема с загадочным анонимом и подростковым суицидом, только больший упор делается на даркнет и то, как видят его взрослые — разноцветным комиксом с суперзлодеями, что одновременно позволяет поднять важные темы, но и сохранить статус-кво по вопросам распределения ответственности.

«Первые ласточки» можно поругать за слишком простые типажи (блогер-весельчак, альфач-качок, пафосная дочка богатого папы, забитая тихоня с паническими атаками), да и переосмысление всей сложности мира школьников не достигло уровня «Эйфории», но все равно это большой сдвиг. Плюс упрощение сглаживается достойной работой актеров, самым ярким и фактурным из которых (не в укор остальным будет сказано), пожалуй, является 23-летний Александр Рудинский.

При всех других минусах разведка «Первых ласточек» прошла достаточно успешно — как с коммерческой точки зрения (сериал уже продлили на второй сезон), так и с позиций новых тем, открытых массовому зрителю. И если за «Первыми ласточками» на экраны потянутся другие сериалы, не боящиеся острых вопросов, кто знает, как изменится наше умение понимать, кто виноват и что делать.


фотографии: «Новый канал»