Многомиллиардная голливудская индустрия стремительно левеет, как бы это парадоксально ни звучало. Не то чтобы кинематограф до этого не замечал проблем — просто после Трампа, Брекзита и всего остального эти высказывания зазвучали громче. 3 октября в прокат вышел «Джокер» — история происхождения главного злодея вселенной DC, на поверку оказавшаяся фильмом с довольно явным антикапиталистическим посылом. The Village попросил кинокритика Алису Таёжную рассказать о «Джокере» и других вышедших за последние годы фильмах со схожими идеями.

«Джокер»

Joker

2019

Молодой мужчина с сутулой спиной и торчащими ребрами выгибается в маленькой квартирке с липкими стенами — мерзкой и затхлой, как в недавней «Золотой перчатке» Фатиха Акина. Стены и потолок давят на него — сидеть взаперти в бетонной клетке ему давно надоело. В соседней комнате — больная мама, единственная эмоциональная привязка к дому и этой жизни: забота о ней хоть немного поддерживает тающее пламя в сердце Артура Флека. В Готэме, где он живет, крысы давно стали больше кошек, а дома типа его напичканы людьми в состоянии предельного напряжения. Всем надо выживать, большинству — работать на нелюбимой работе, заботиться о ком-то, о ком забыли все, кроме них, и как-то выносить этот город, где годами хочется сдохнуть: здесь сыро, дорого, грязно, одиноко. Здесь тебе никто не рад.

Клоунская профессия Артура Флека придумана, чтобы отвлекать площадными развлечениями людей от мыслей о смерти, невозможности купить квартиру и обеспечить себе достойную старость, но и она уже кажется пережитком прошлого. Ни клоунада, ни горькие шутки в духе Энди Кауфмана и Рика Альверсона не нужны, когда хочется жрать. И Артур Флек — шут, не боящийся выставить себя глупо, — понимает это лучше всего. «Это я схожу с ума или мир сошел с ума?» И то и то.

Одно из главных клише жанрового кино — человек на грани или уже за гранью помешательства, чей воспаленный разум достраивает несуществующее и необходимое, домысливает страшное, нагнетает тревогу и переносится в мир проекций и видений. Именно это мы наблюдаем у Артура Флека — постепенное соскальзывание в сумасшествие, когда кровавая израненная душа становится кромешно черной.

«Джокер» же — один из первых фильмов, где ответственность за уязвимость, боль и чудовищные поступки не сваливается на формального злодея, а делится поровну между всеми, кто окружает Артура: кто его недопонял, унизил, недолюбил, обманул или просто не заметил. Его и так нестабильной психики не за что зацепиться в окружающем мире, остаются только триггеры, от которых становится невыносимей. И формальная система, где люди пока еще не убивают друг друга, но уже готовы, на самом деле придумана для видимости помощи, но не для реальных поступков.

Ледяная врач-психиатр задает вопросы голосом робота и получает отпор от Артура: «Вы меня не слушаете». Он здесь не первый раз, он устал объяснять. Работодатели вытирают об него ноги, потому что не понесут за это никакой ответственности. Отца не существовало в принципе, поэтому вся забота о ребенке легла на плечи больной матери. Пока Артур рос, поблизости не было никого, кто проследил бы, что происходит в его доме и как с ним обращаются. Если на улицах не ловят огромных крыс, кто будет заглядывать за двери нищенских квартир? На стольких этапах Артура могли подхватить, услышать, вытащить с той стороны — но никто этого не сделал. Как и герой «Таксиста» Скорсезе, вышедший в обычную жизнь с посттравматическим вьетнамским синдромом, Артур оказался предоставлен сам себе в тот момент, когда ему надо было строить жизнь с нуля и схватиться за чье-то плечо.

«Джокер» поворачивает наши головы не только на преступника, но и на мир, устроенный не так: и первое, что бросается в глаза, — безмятежная улыбка магната и политика Томаса Уэйна. Он имеет ответы на все вопросы, пока нищие вынуждены ковыряться в помойках, сходить с ума в крошечных квартирах, встречаться с равнодушными врачами и в зрелом возрасте работать на пустяковых работах, где их никто не уважает. Чем чудовищнее Готэм, тем пестрее заголовки про мистера Уэйна.

Его подрастающий сын Брюс, который уже обзавелся верным дворецким и вскоре унаследует империю отца, впервые во вселенной DC имеет черты не будущего загадочного рыцаря с золотым сердцем, а привилегированного мальчика, на которого упали гигантские папины деньги. Брюса впервые не то чтобы жаль. Кто-то скажет: деньги заработанные, кто-то — украденные. Именно из последних соберется армия Джокера. Да, Джокер, ты не в себе, но мир помешался раньше.

Как ожидаемый блокбастер с главным призом Венецианского фестиваля и, судя по всему, выдающимися кассовыми сборами оказался ярким фильмом о классовой борьбе с абсолютно левой позицией? Для Голливуда хит о классовой ненависти такого охвата не то чтобы что-то принципиально новое: говорить о несправедливости, привилегиях, унижении и готовности дать отпор языком жанрового кино начали еще несколько лет назад.

«Окча»

Okja

2017


Пусть это будет нетфликсовский фильм «Окча», так разозливший жюри и публику в Каннах самим фактом, что телесервис из Штатов решил прийти на территорию Годара, Феллини и Трюффо. «Окча» — приключенческая антиутопия с вегетарианским посылом о том, куда приводит капиталистическая гигантомания и привычка получать большую прибыль любыми способами. В результате селекции в мире выведен новый вид свиньи — с доверчивостью собаки и размерами бегемота, — которую с маленьких ферм везут на убой. На одной такой ферме девочка подружилась со зверем — у него даже есть имя, Окча. «Окчу» назвали экоактивистским кино для мейнстрима, главный его посыл — простые и очевидные мысли, рассказанные с хмурым лицом Греты Тунберг: человечество, ты слишком много о себе возомнило и заигралось в укрощении природы. Зло в «Окче» не абстрактно: оно имеет лицо конкретных бизнесменов, принимающих решения и строящих комбинаты.

«Остров собак»

Isle of Dogs

2018


Как будто бы несерьезный «Остров собак» Уэса Андерсона рассказывает похожую историю в антиутопическом ключе с плюшевыми зверюшками в мультике. Богатые люди (в данном случае японцы-котофилы) решают выселить всех собак на дальний остров, в концентрационный лагерь, где не надо и газ распылять — все рано или поздно сожрут друг друга. Ребенок в сюжете Андерсона, как и в «Окче», отправляется за любимым питомцем, но по пути распутывает паутину заговора нечистых на руку, равнодушных и потерявших всякую совесть людей. Подростки-активисты с совестью — главная опора мировой политики.

«Короче»

Downsizing

2017


Замечательный антиутопический сюжет предложил Александр Пейн в драмеди «Короче», где Мэтт Дэймон становится невероятно уменьшающимся человеком по собственной воле, а не из-за загадочной морской пыли. Его герой, самый обычный американец, решает стать маленьким, чтобы сократить расходы на жизнь, наконец купить большой и красивый дом, которым сможет впечатлить жену, и уменьшить чек на еду. Оказывается, что снижение расходов постепенно понижает социальный статус как будто бы равноправных американских граждан: если вы меньше тратите, то вы меньше значите, недвусмысленно намекает система. И вот уже вчерашнему среднему классу необходимо бороться за свое достоинство и безопасную жизнь.

«Простите за беспокойство»

Sorry to Bother You

2018


Афроамериканский режиссер Бутс Райли снимает комедию «Простите за беспокойство» о двух вещах, про которые в Штатах не принято говорить: все еще существующем и вполне общепринятом расизме и профсоюзах, с которыми у американского капитализма традиционно ужасные отношения (их попросту практически нет). Сперва главный герой, работающий в телемаркетинге, начинает говорить как белый, чтобы продвинуться вверх по службе и продавать что-то другое (эта тема звучала еще и в «Черном клановце» Спайка Ли). Потом он узнает, что его младшие коллеги наконец устроили бунт, потому что устали попугайничать «Простите за беспокойство» за мизерные деньги.

«Безумно богатые азиаты»

Crazy Rich Asians

2018


Ромкомам капитализм тоже уже не заходит. Вместо мистера Грея в «50 оттенках серого», который возит свою принцессу по лучшим пляжам мира, мы видим в «Безумно богатых азиатах» (одном из самых успешных фильмов прошлого года) взрослого наследника, зависящего от одобрения семьи и мнения матери. Его девушка и невеста из Штатов, обычная азиатская селф-мейд-героиня из небогатой семьи, сходит с ума от церемониала безумно богатых азиатов, пока не говорит с матерью семейства по душам. Материнство в патриархальном обществе — ее единственный козырь, а большие деньги — награда за десятилетия покорности и подаренную чужой семье молодость.

«Стриптизерши»

Hustlers

2019

Не встретившая безумно богатого азиата такая же молодая девушка из Штатов, работающая в стриптиз-баре на Манхэттене, в фильме «Стриптизерши» решается на преступление с чистой совестью — она грабит награбленное у толстосумов с Уолл-стрит по научению своей опытной коллеги — львицы-латиноамериканки. «Стриптизерши» — фильм, снятый по реальной истории, случившейся в Нью-Йорке в конце 2000-х — начале 2010-х годов: настоящий эпик о том, как группа танцовщиц отреагировала на банковский кризис. «Волк с Уолл-стрит», «Власть» и «Игра на понижение», рассказанные не глазами тех, кто зарабатывал и терял деньги, а тех, на кого их тратили.

Необязательные вечерние удовольствия, взаимозаменяемые девушки — их сортируют и выбирают, как в мясном ряду: раса, грудь, попа, рост, ножки, лицо. Самая харизматичная из стриптизерш, Рамона, объясняет, что чувство вины — лишнее перед трейдерами, которые зарабатывали деньги из воздуха, грабя всю страну. Если Уолл-стрит никак не отвечает за крах глобальной финансовой системы, то почему четыре девушки должны переживать, что воруют деньги с кредиток безнаказанных мужчин?

«Прачечная»

Waschmaschine

2019

В новом фильме Стивена Содерберга «Прачечная» героиня Мэрил Стрип тоже решается на крестовый поход против тех, кто ее кинул, — панамской страховой компании, отказавшейся заплатить компенсацию после смерти ее супруга. Это тоже реальная, но доведенная до пародии история одного в поле воина: человека, которого доконали подставные фирмы, липовые счета, безумные богатые американцы с сухим мартини в треугольных бокалах и государство, закрывающее глаза на грабеж. Двигаясь от разгадки к разгадке, пенсионерка пытается понять многоэтапную схему, позволяющую глобальное надувательство и уход от закона перед мировым большинством. Вера в справедливый суд для всех и государство благоденствия, которому не плевать на своих граждан, рушится в пух и прах. И Мэрил Стрип, а не статуе Свободы суждено стать символом обновленной Америки: принципиальной, боевой, грызущейся за себя.

«Прочь»

Get Out

2017


В процветающей Южной Корее и Штатах практически одновременно снимаются два самых обсуждаемых фильма года с похожей фабулой и идентичным посланием: последние становятся первыми в мире, где последним точно не выпадет второго шанса. Джордан Пил уже в дебюте «Прочь» раскритиковал расизм, живущий под тонкой коркой мнимой политкорректности.

«Мы»

Us

2019

В фильме «Мы» Пил пошел дальше, разделив Америку на мир непересекающихся двойников: у каждой благополучной семьи, которая может позволить себе домик у озера, есть разгневанная альтернативная семья из подземелья — не зомби, а настоящие люди, доведенные до состояния зомби, которым не досталось ни родительского тепла, ни наследства, ни образования, ни денег, ни добровольного выбора. На счастливую семью нападают дубликаты-убийцы с пронзительным монологом о том, что на каждое хорошее событие в жизни надземных людей с их копиями случались ужасы в подземелье. Главный смысл монолога — свободного выбора у некоторых просто нет, уязвимость не вина уязвимых, в любой момент времени ты можешь пропасть — и система ничего не сделает для того, чтобы вытащить тебя со дна. Везение нельзя заслужить, как нельзя заслужить хорошие гены.

«Паразиты»

Parasites

2019

«Паразиты» Пон Чжун-хо спустя пару лет завоевали главный приз в Каннах, где его фильм о гигантской свинке недавно освистали. «Паразиты» очень напоминают «Мы» Пила, но фильмы делались одновременно, так что плагиата быть не могло: оба режиссера просто уловили дух времени. Герои «Паразитов» — не из подземелья, а живые люди с судьбой Джокера, только на всю семью, а не на одного. Живущие в подвале и жрущие лапшу на завтрак, обед и ужин, они получает странный шанс оказаться в доме богатой семьи и постепенно вытесняют собой всех и все, что там есть. «Паразиты» — ироничный триллер о ползучей хитрости, на которую идут те, кто никогда не добьется успехов честным путем: над ними всегда есть не стеклянный, а готовый протечь в любой момент потолок. Как Джокер, они не в состоянии сразу выбрать линейное насилие, но долготерпение вызывает у них кровавые фантазии о расправе — и саркастичный режиссер завершает фильм кровавым месивом, когда нож для нарезки торта наконец вонзается в спину.

«Первому игроку приготовиться»

Ready Player One

2018


Даже Стивен Спилберг, оплот американского мейнстрима, во многом ответственный за то, как устроено производство и дистрибуция мирового жанрового кино, снял один из самых молодежных фильмов о силе сопротивления. Борьба молодых ребят с корпорацией контролеров, ищущих ключ к владению виртуальной реальностью — экранизация мирового сай-фай-бестселлера. В мире «Первому игроку приготовиться» люди давно живут в поставленных друг на друга контейнерах в серых городах, пока очки переносят их в альтернативную реальность, где можно позволить себе выглядеть как угодно и быть кем угодно.

Вертикальная система местного капитализма устроена так, что единственное доступное удовольствие — какой-то дрон с доставкой еды: и главный герой, не мечтающий о лучшей жизни, включается в охоту за ключом к игре, чтобы изменить мир к лучшему. Мы хорошо видим, что сделал с молодыми людьми капитализм: они очень редко выходят из дома, живут в ужасной экологии, привыкли инвестировать все в виртуальность и одержимо мечтают о чемпионстве в Сети вместо того, чтобы оглядеться и изменить мир вокруг себя. Только знакомство с местной анархисткой и ее отрядом сопротивления меняет характер героя и дает ему возможность пройти финальную проверку — отказаться от золотого трона хозяина игры в пользу эгалитарности и забытой демократии.

«Джокер» не рисует этих радостных перспектив, а прогнозирует всплески насилия от безысходности и социального расслоения. Он четко обозначает, как злят советы успешных о том, как изменить свою жизнь, тех, у кого нет сил ее изменить. Как лицемерны лозунги, что с каждым новым днем все можно начать сначала. Особенно если твоя мама прикована к кровати, тебя поперли с работы, твои таблетки от расстройств не действуют, а сильное тело просто не помещается в контейнер, куда его запихнули. Сам Джокер — не коллективное зло, а коллективный плод равнодушия, социального дарвинизма, людоедства тех, кто перестал считать нули, тратя на красивую жизнь. Джокера уничтожили несколько раз, и потому в нем больше не осталось страха — мертвецы попросту не умирают.


Обложка: «Каро Премьер»