Активистка Юлия Цветкова — руководительница детского театра «Мерак» в Комсомольске-на-Амуре. Она открыто рассказывала о ЛГБТ, выступала против гендерных стереотипов, за свободу женщин и женского тела. Юлия ставила спектакли, выкладывала абстрактные рисунки вагин и говорила о важном — о правах человека.

Теперь Юлию обвиняют в распространении порнографии. По этому уголовному делу ей могут дать реальный срок — до шести лет. Накануне на девушку завели еще одно дело — административное, за гей-пропаганду. Вместе с активистами и юристами The Village разобрался, что не так с делом Цветковой и что оно значит для каждого из нас.

Автор: Анна Логачева

В чем обвиняют Цветкову

Власти взялись за проекты Юлии еще в феврале, когда мэрия Комсомольска-на-Амуре впервые запретила фестиваль активистского искусства «Цвет шафрана». На нем должны были показывать постановки детского театра «Мерак»: Юля с актерами от шести до 17 лет ставила спектакли против оружия, буллинга, о гендерных стереотипах — «Розовые и голубые». Содержание последней постановки в итоге проверяла полиция из-за жалоб на гей-пропаганду, а воспитанников театра допрашивали как потерпевших.

После второй попытки провести фестиваль Юлию вызвали на допрос: полиция искала порнографию в ее бодипозитивных рисунках для проекта «Женщина не кукла». С их помощью Цветкова, по версии властей, совращала детей в театре.

Несмотря на давление силовиков, девушка продолжала свою деятельность. Например, устраивала лекции про ГУЛАГ, антимилитаризм и ЛГБТ, после которых ее вызывали на профилактические разговоры. Показы «Розовых и голубых» тоже продолжались, в том числе в Петербурге на феминистском фестивале «Ребра Евы», куда ежедневно приходили полицейские.

Осенью власти заинтересовались группой «Монологи вагины», которую Юлия вела во «ВКонтакте». Там она рассказывала о женском теле, чтобы снять стигму с физиологии: публиковала рисунки, вышивки и аппликации половых органов, которые лишь отдаленно их напоминают. Из-за паблика допрашивали не только Юлию, но и нескольких ее подписчиков.

Из-за рисунков в группе «Монологи вагины» на Юлию, предположительно, и завели уголовное дело. Об этом, например, писало издание Dvhab.ru со ссылкой на источник в полиции. Официально причины пока не называли. После допросов по поводу паблика девушка опубликовала провокационные тантрические картинки, но на своей личной странице и с пометкой «18+».

В ноябре дома у Цветковой и в детской студии, которая была долгое время закрыта, провели обыски. Когда девушка отказалась давать показания, ее перевели в статус подозреваемой и взяли подписку о невыезде, а вскоре задержали и посадили под домашний арест. За распространение порнографии в интернете Юлии Цветковой грозит до шести лет тюрьмы по части 3 статьи 242 Уголовного кодекса. Теперь на нее завели еще и административное дело за гей-пропаганду среди несовершеннолетних.

Почему дело Цветковой — это важно

Юлию сейчас поддерживают по всей стране. Вчера в Москве и Санкт-Петербурге прошли пикеты с требованием прекратить преследование Цветковой. А на недавнем фестивале FemFest в столице устроили флешмоб, где участники фотографировались с плакатами в защиту девушки.

Блогеры, правозащитники и активисты рассказали The Village, почему важно вступиться за Юлию Цветкову и почему дело против нее — это угроза для всех, кто борется за свои права. Художницу Катрин Ненашеву, например, можно по аналогии обвинить в распространении порнографии за акцию «На: память». Весной вместе с группой активисток «Перезаgruzка» она раздавала в Москве слепки сосков и вульв женщин, переживших насилие в полицейских отделениях, больницах и психоневрологических интернатах.


Катрин ненашева

художница, активистка

То, что Юлию обвиняют в распространении порнографии, — это абсолютно абсурдная история. Но она коррелирует с отношением общества к тому, когда активисты говорят на тему тела, тем более женского. Все, что связано с женским телом, сильно табуировано из-за большого количества патриархальных стереотипов, которые у нас существуют.

Когда мы делали нашу акцию, посвященную 8 Марта, — рассказывали и показывали людям слепки женских тел, которые пережили пытки, — люди сильно пугались, они были не готовы к разговору. Неудивительно, что сама власть таким образом реагирует на то, что делала Юля.

Мы не можем развивать культуру, пока за изображение вагины у нас людей будут сажать в тюрьму

Мне кажется, нужно дальше двигать эту тему. Возможно, сделать Юлину выставку или что-то в таком духе. Это достаточно важная образовательная миссия. Мы не можем развивать культуру, пока за изображение вагины у нас людей будут сажать в тюрьму. Наша задача — понимать, через какие механизмы мы можем об этом говорить. А ситуация совершенно дичайшая.

Анна Ривина

директор центра «Насилию.нет»

Против женщин систематически совершаются преступления, а правоохранительная система это всячески игнорирует. У системы нет задачи защищать жизнь, здоровье и безопасность женщин как граждан своей страны. Когда, например, мои коллеги заявляют, что им поступают угрозы по поводу законопроекта [против домашнего насилия], оперативных действий со стороны полиции нет.

Речь тут, конечно, не о распространении порнографии — речь о правах человека

Женщина до сих пор воспринимается как человек, которым может управлять мужчина, общество и система. Она может быть добропорядочной, правильной, но если она вдруг переходит в какую-то активную фазу — «она сама виновата». Просветительский проект, которым занималась Юля, говорит о том, что тема женского тела и сексуальности не должна быть табуирована, потому что табуированность и является одной из ключевых причин такого положения.

Речь тут, конечно, не о распространении порнографии — речь о правах человека. Люди, которые о них открыто говорят, попадают под определение пропаганды гомосексуализма и ЛГБТ. Никто не понимает, что это за пропаганда, тем не менее это та самая палка, которой можно бить. Думаю, общественная поддержка и публичность этого дела помогут защитить Юлию, показать абсурдность происходящего и поддержать тех, кто готов бороться за то, чтобы их считали людьми.

Татьяна Винниченко

глава московского отделения Российской ЛГБТ-сети

Почему именно эта статья — «Порнография»? Потому что она дискредитирующая. Ее использовали против правозащитников Шиеса — людей, которые вообще в другой сфере работают. Она нужна для неугодных, чтобы притушить их деятельность: чтобы человеку было чем заняться, отбиваясь от допросов, судов и штрафов. А тех, кто послабее, — запугать.

Юлю запугать не удастся. Ее преследовали открытым текстом. Полицейские говорили, что нужно повиниться, успокоиться и перестать этим заниматься. Публичное озвучивание феминистской повестки, несогласие с дискриминационными законами против ЛГБТ-сообщества — эта активная гражданская позиция девушки была неугодна комсомольским властям.

Власти приняли набор законов, чтобы имитировать борьбу за нравственность и заодно задавить все живое, что есть в этой стране

Девушка давно могла уехать из Комсомольска и работать в другом городе или даже другой стране, но она очень хотела быть полезной на родине. Она верила, что молодые люди могут объединяться для того, чтобы противостоять этим чудовищным навязанным нам традиционным ценностям, скрепам немыслимым, о которых сейчас говорят чиновники всех мастей. Это девушка, которая просто хочет дышать здоровым воздухом в Комсомольске, а не тем, что нам предлагается, — домострой и патриархат.

Власти приняли набор законов, чтобы можно было безболезненно имитировать деятельность полиции и борьбу за нравственность, заодно задавить все живое, что есть в этой стране. Как только человек неугоден власти, к нему применяется специальная статья: или пропаганда, или порнография, или наркотики подбросят — вот Иван Голунов, например. Юля, конечно, фигура не этого масштаба, но на уровне Комсомольска-на-Амуре она как раз и есть Иван Голунов.

антон данилов

редактор культуры Buro и квир-зина «Открытые»

Процесс против Цветковой — очередной пример мракобесия. С помощью своего творчества Юлия говорила о неудобных для консервативного общества вещах — например, о дестигматизации женской физиологии. Тот факт, что она видная ЛГБТ-активистка и секспросветительница, только добавляет ненависти в глазах тех, кто решил пожаловаться на ее работу.

Я убежден, что никакой порнографии в ее паблике не было и быть не могло: изображение вульвы попросту не может считаться порнографией. «Монологи вагины» — это нужная социальная акция, а вот угроза уголовного преследования похожа на обычную репрессию. Процесс против Цветковой — тревожный сигнал для многих других фем- и ЛГБТ-активисток и активистов: получается, что состав преступления можно найти в любом, даже самом невинном посте. Это страшно.


Можно ли посадить человека за рисунки вульвы

The Village узнал у юриста правозащитной организации «Русь сидящая» Леонида Абгаджавы, могут ли Юлию Цветкову признать виновной по делу о распространении порнографии и как работает закон в таких случаях.


Леонид Абгаджава

юрист «Руси сидящей»

Вот как статья 2 закона «О защите детей…» определяет, что такое порнография: «информация, представляемая в виде натуралистических изображения или описания половых органов человека и (или) полового сношения либо сопоставимого с половым сношением действия сексуального характера».

То есть согласно закону достаточно изображения половых органов. Более того, не уточняется, что это должны быть фотографии или видео, достаточно рисунка. Закон сформулирован очень широко, поэтому любое изображение половых органов может быть признано порнографией, а суд, привлекая Юлию к ответственности, будет руководствоваться именно этим определением. В деле также обязательно появится экспертиза, которая подтвердит, что это порнография.

Безусловно, суд должен учитывать, был ли у нее умысел. Считала ли она сама эти материалы порнографией, какова была цель их распространения? В случае Цветковой была цель просвещения и дестигматизации. Порнографию, насколько мне известно, с такой целью не распространяют. Многое говорит о том, что Юлию нельзя привлечь к ответственности из-за отсутствия умысла, но такие вещи наш суд, к сожалению, обычно не интересуют.


Чтобы поддержать Юлию Цветкову, можно подписать петицию с требованием прекратить преследование и закрыть уголовное дело. Вся информация о ходе следствия публикуется в телеграм-канале.


Обложка: Юлия Цветкова